Дмитрий Александрович Мизгулин родился в 1961 году в городе Мурманске. Автор пятнадцати поэтических книг. Член Союза писателей России. Академик Петровской академии наук и искусств, Российской академии естественных наук. Кавалер ордена Преподобного Серафима Саровского РПЦ и различных литературных премий. Сопредседатель Попечительского совета альманаха «День поэзии — XXI век». Лауреат премии Правительства Российской Федерации 2013 года в области культуры. Живет в Ханты-Мансийске.( Нева. 2015, 9)

***

В жизни – всё идет по плану –

Поздно ляжешь. Встанешь – рано.

В баню утром в выходной.

Телевизор. Гости. Дети.

Сорок лет на белом свете

Пролетели. Пронеслись.

Это – жизнь.



Дни летят неотвратимо.

Что-то в цель. А что-то – мимо.

Едем с ярмарки. Как будто

И не вечер. И не утро.

Лошадей неспешный бег –

Выпал снег.



В суете и круговерти

Чаще думаешь о смерти.

Утром чувствуешь усталость.

Сколько там еще осталось?

По ночам тревожно спится.

Сердце. Печень. Поясница...

Едем дальше, не спеша,

А душа?

***

Жизнь уходит понемногу.

День прошел – и, Слава Богу,

Как вода в реке.

Наши чувства, наши думы,

Словно след волны угрюмой

На речном песке.



Грузим душу, чем попало.

Очерствела и устала

Бедная душа.

Может быть, остановиться,

Осмотреться, помолиться

Тихо, не спеша?..



Молим Бога об удаче.

О достатке. А иначе

Что еще просить?

А душа? Душа в сомненье,

Ведь пора бы о спасенье

Слезно голосить!



С Богом и легко, и просто!

Лодка. Церковь у погоста.

Темная река.

Чайки кружат над водою,

И с тревогою немою

Мчатся облака.

"Искусство ныне чурается прямых признаний. Слишком нещадно они эксплуатируются создателями мылодрам, слишком цинично дискредитируются политиками и поп-персонами. Но художественные произведения непредставимы без эмоций. Наших, читательских, зрительских, — откликающихся на чувства тех, кому мы внимаем...

Лирика автора из Ханты-Мансийска была изначально отзывчива на то, что можно назвать, прибегая к забытому ныне слогу, трепетом души. Души, счастливо откликающейся на неброскую красоту “скорбной нашей природы” и болезненно реагирующей на экспансию фарисейства и апатии, безволия и беспамятства".

(Литературный критик Леонид Быков. Урал, 2010, 3)



***

Синица, беспечно порхая,

Присядет на миг у окна –

Хорошая весть ли, плохая –

А все-таки свыше дана.



Не верю в приметы, но всё же

Несу суеверий печать.

Даруй мне терпение, Боже,

Всё с радостью воспринимать,



И что бы с тобой ни случилось,

Напрасно судьбу не кляни,

Приемли, как высшую милость,

И эти ненастные дни.

***

А зима – неожиданно, вдруг!

Закружив, налетели метели,

Упорхнула синица из рук,

И на юг журавли улетели.



Одиноко и тихо в ночи,

И не плачется мне, и не пьется,

Лишь огонь неуемный в печи

Пылко пляшет и глухо смеется.



Станет весело мне и тепло,

Все же зиму встречаю в берлоге,

Вот и с дымом печным унесло

Все печали мои и тревоги.



Грех унынья оставь навсегда,

И удача к тебе повернется.

И синица родная тогда

Из-за синего моря вернется.



– На мой взгляд, вся жизнь – это творчество, а художник, писатель и вовсе занимается божественным сотворчеством, он ближе всех к Богу, – говорит Дмитрий Мизгулин. – Как можно не прийти к Богу? Это аномалия. Знания о Боге даны каждому от рождения, это отличает человека от животного. Вне представлений о Нём жить нельзя.

Эти слова способны удивить тех, кто привык считать финансистов людьми, чуждыми прекрасного и возвышенного. Дмитрий Мизгулин сначала окончил Ленинградский финансово-экономический институт по специальности «финансы и кредит», потом Литературный институт, ныне возглавляет ОАО «Ханты-Мансийский банк». Однако же незаурядные личности на то и нужны, чтобы творить шедевры – и ломать стереотипы. (Литературная Газета 6259 ( № 55, 2010) » Страница 36)

РОЖДЕСТВО

В церкви тихо. За окнами синими

Хлопья снега неспешно летящего,

В серебристо-березовом инее

Очертания города спящего.



Снегири, как шары новогодние

Украшают столетние ели,

И сомненья тревожат – сегодня ли

Вдруг отступятся злые метели,



И рассеется темень вселенская,

И застынет, притихнув, природа,

И зажжется звезда Вифлеемская,

Озарив полумрак небосвода.

Две книги стихов Дмитрия Мизгулина - "Движение души" и "Утренний ангел" - проиллюстрированы фотографиями Аркадия Елфимова.

«Обычно книжной иллюстрации достаётся важная, но всё же вторая роль – помогать восприятию текста. Или наоборот, отрывки стихотворений служат для украшения альбома репродукций. А вот две книги, созданные в содружестве двумя авторами – Аркадием Елфимовым и Дмитрием Мизгулиным, – в этом смысле поистине уникальны. В них поэтическое слово и фотографии – нет! – фотокартины сосуществуют на равных, не повторяя сюжеты друг друга, но дополняя и усиливая их».

(Иванова Ольга. «Всё мерит время мерой строгой…». Литературная газета, 2010, №5 (6260))

Вострубят ангелы — пора.
И никуда уже не деться.
Как будто кто-то со двора
Тебя домой зовет — как в детстве.

Как будто ветер прокричал
Перед последнею разлукой,
Но в прошлом всё — вокзал, причал
И счастье вперемешку с мукой.

И полетит душа легка
Туда, где обитают души,
За грозовые облака,
Вослед за лайнером воздушным,

Растает боль, исчезнет страх,
И груз земного притяженья,
Ослепит солнце в небесах,
Но ты останови мгновенье.

И на секунду оглянись —
Быть может, это всё приснилось:
И это небо, эта высь
Как бы нечаянная милость.

Земные дни во мгле верша,
О небе думает душа.

Уснувший город чутко спит,
На улицах темно,
Под утро ангел прилетит
И постучит в окно.

Я створки настежь распахну,
Впущу его домой
И воздух утренний вдохну
— Ну здравствуй, ангел мой!

Струится утренняя мгла,
На крыльях тает снег…
Он спросит тихо — как дела?
Совсем как человек.

Я промолчу в ответ ему
— Известно всё и так!
Моих желаний кутерьму
Поглотит снежный мрак.

Во мгле мерцающим перстом
Коснувшись лба и плеч,
Он осенит меня крестом,
Чтобы от бед сберечь…

Разгонят ранние ветра
По небу облака,
Ему пора и мне пора
— Дорога далека.

Кому — в небесные края,
Кому — в земную тьму…
И буду долго-долго я
Смотреть вослед ему.

Пиши, пиши, писатель,
Покуда хватит сил,
Уж раз тебя Создатель
Талантом наградил.

Ты в нашей жизни — лишний,
Но не переживай,
Коль веришь, что Всевышний
Тебе откроет рай,

В лучах коварной славы,
В круговороте дел
Молись, чтобы лукавый
Тебя не одолел,

Бесовских игрищ зритель,
Не забывай Христа,
Уж раз тебе Спаситель
Слова вложил в уста.

Когда всё валится из рук,
Когда душа скорбит в тревоге,
Тогда мы как-то сразу, вдруг
Задумываемся о Боге.

И безнадежно одинок
Застынешь пред вратами ада.
И веришь, что лишь только Бог
Твоя надежда и отрада.

Но лишь минует срок – опять
Во власти суеты и пьянства…
Не расплескать бы благодать,
Не впасть бы снова в окаянство,

Пока душа еще жива,
Спеши, спеши под своды храма
И благодарности слова
Не забывай твердить упрямо

Февраль снаружи и внутри,

И ночь – черным-черна.
Едва мерцают фонари,
И звезды.
И луна.
Я ощущаю новый век
С тревогой неземной.
И вперемешку – дождь и снег
Овладевают мной.
Февраль снаружи и внутри,
Луны тревожный лик,
Но где-то отблески зари
Почудились на миг.
Светлеет облаков окрас,
Уже редеет мгла.
И дай-то Бог, чтоб мне сейчас
Молитва помогла.

Зачем, скажи, нудя и мучась,
Опять меняя лик страны,
Мы требуем иную участь,
Иную жизнь, иные сны?

Зачем опять, подобно нищим,
Стоим с протянутой рукой,
Чего, скажи, мы снова ищем,
Надеясь обрести покой?

Весь век в лакейской у Европы,
Понуря голову, стоим,
Но нынче, видно, и в холопы
Навряд ли с ходу угодим.

Там пошустрей народец южный,
Порасторопней, понаглей.
А нам положен труд натужный
Во тьме заснеженных полей.

Опять не взяли. Слава Богу,
Давай, голубчик, запрягай,
И вновь проверенной дорогой
Спеши обратно в русский рай,

Где душу продувает ветер,
Где мрак и слезы без конца,
В дом, где молитву шепчут дети
За возвращение отца.

Растаял туман над излукой
Осенней тяжелой реки,
Живу не любовью – разлукой,
Чьи вечные воды легки.

Стараюсь по жизни – хоть малость
Минувшего счастья сберечь,
Недолгих прощаний усталость
И радость нечаянных встреч.

На легкой волне у причала
Мороза стальная печать,
И так хорошо, что с начала
Уже ничего не начать.

Дни нашей жизни коротки.
А ночи? Ночи бесконечны.
Туман над берегом реки,
А в небе – путь блистает млечный.

А в небе – полная луна.
Молчит листва. Собака дремлет.
Покой вокруг. И тишина
Насквозь пронизывает землю.

Склонюсь к воде – волна легка.
Звезда в руках засеребрится,
И жизнь, как лунная река,
Сквозь пальцы медленно струится.

Не хотел бы подводить итоги,
Рано на пугающий покой,
Мне судьбою – умереть в дороге,
До звезды дотронувшись рукой.

Все промчалось – годы, сказки, были,
И костров полночных сизый дым.
Было время – и меня любили,
Да и я когда-то был любим...

А о том, что не сбылось когда-то,
Не жалею – нет пути назад...
Не грусти – ведь ты не виновата,
Да и я ни в чем не виноват...

Догорают времена и даты
На закате сумрачного дня.
Радостно молюсь и виновато:
Господи! Не оставляй меня!

Пусть в ночи моя истает свечка,
Но очнусь счастливый поутру,
Чуя, как дрожит мое сердечко,
Как душа трепещет на ветру.

Стихи Дмитрия Мизгулина нашла в интернете случайно. Думаю, что для меня это счастливый случай.