Леонид Ещин

(1897 — 14 июня 1930)

Леонид Евсеевич Ещин

Родом из Нижнего Новгорода. Окончив гимназию, уехал в Москву — в университет; учился на историко-филологическом факультете, который оставил, уйдя в Белую армию.

Огромного роста, здоровенный, офицером участвовал в Ледовом походе. Некоторое время перед эмиграцией жил во Владивостоке, где успел опубликовать сборник «Стихи таёжного похода».

С 1923 года и до кончины жил в Харбине, даже не пытаясь наладить бытовую жизнь, — раздетый, разутый, голодный...

А. Несмелов говорил о нём как о талантливом поэте «с душою нежной и глубокой». Другие пишут, что пил горькую.

Леонид Евсеевич Ещин собирался издать второй сборник стихов. Не получилось.

* * *

И опять в безпредельную синь

Побросали домов огоньки,

И опять вековечный аминь

Затянули на крышах коньки.

Флюгера затянули про жуть

Обезсоненных битвой ночей,

Вторя им, синеватая муть

Замерцала огнями ярчей.

Синевы этой бархатней нет,

Я нежнее напева не слышал,

Хоть давно уж стихами испет

По затихнувшим в бархате крышам.

Всё сильней и упорней напев,

Словно плещется в море ладья.

...Лишь закончив кровавый посев,

Запевают такие, как я,

Да и песня моя — не моя.

ДВЕ ШИНЕЛИ

Я тропкой кривою

Ушёл в три часа,

Когда под луною

Сияла роса.

А были со мною

Жестяный стакан,

Да фляга с водою,

Да старый наган.

И вынес я тоже

Свирепую злость

Да вшитую в кожу

Дубовую трость.

И — меткою фронта

Сквозь росы и пар —

Махал с горизонта

Крылатый пожар.

Оттуда, где буро

Темнели поля, —

Навстречу фигура,

Как будто бы — я.

Такая же палка,

Такой же и вид,

Лишь сзади так жалко

Котомка торчит.

«Земляк! Ты отколе

До зорьки поспел?» —

В широкое поле

Мой голос пропел.

Как лёгонький ветер,

Звук в поле затих...

Мне встречный ответил

Два слова: «От них...»

И, палкою тыкнув

В поля, где был дым,

Отрывисто крикнул:

«Я — эвона — к ним!..»

«Шагай!.. Ещё рано...

Часов, видно, пять...»

(А пальцы — нагана

Нашли рукоять.)

И, каждая к цели

Полями спеша,

Две серых шинели

Пошли, чуть дыша...

Тропинкою длинной

Шуршание ног.

Чтоб выстрелить в спину —

Сдержал меня Бог.

Но злобу, как бремя,

Тащил я в груди...

...Проклятое время!..

...Проклятые дни!

1930,

Харбин

Источник с форматированием