Закадровый смех в зарубежных и отечественных комедиях и шоу бесит многих. Когда-то казалось, что наше кино и телевидение минует чаша сия (мы ведь не какие-то тупые американцы), но нет — мода добралась и до нас. Откуда взялась традиция подсказывать момент, когда нужно смеяться и зачем она нужна вообще?

Многие считают, что закадровый смех появился вместе со звуковым кинематографом и ему не более 100 лет. Но эксперты уверены, что история этой раздражающей медийной технологии уходит корнями в глубокую древность и использовалась еще в античном мире.

Летописи гласят, что в III веке до нашей эры драматург-комедиограф Филемон из Эллады нанимал людей, чтобы те освистывали спектакли его соперника Менандра и заливисто хохотали на его собственных премьерах. Не брезговал подставными зрителями и римский тиран Нерон, имевший творческую натуру. На его унылые поэтические вечера сгоняли легионеров, которые аплодировали и шумно выражали восторг талантам диктатора.

Театр в Древнем Риме

Но впервые смех из зала стал трендом в XVI веке во Франции. Поэт Жан Дюрат, сомневаясь в своем таланте и благодарности зрителей, раздавал бесплатно билеты на свои выступления, с условием, что приглашенный будет активно поддерживать автора. Опыт переняли и другие поэты, актеры и музыканты — такой подход почти наверняка гарантировал успех и славу, хоть и серьезно бил по карману.

Мода на искусственные восторги привела к появлению в XIX столетии новой профессии — клакер. Этим нехитрым ремеслом занимались не слишком щепетильные люди, готовые ради денег на многое. Они за деньги организовывали успех или провал представления, в зависимости от желания клиента.

Карикатура, изображающая работу клакеров. XIX век

Клакеры, в большинстве случаев, не давили количеством или шумом. Они использовали в своей работе психологический эффект, называемый в наши дни «Социальным доказательством». Он заключается в том, что люди имеют привычку неосознанно присоединяться к чужим эмоциям, если не слишком уверены в себе или в своей оценке происходящего.

Небольшая группа клакеров, таким образом, могла ловко манипулировать практически всем залом, обеспечивая успех бездарностям и провал гениальным премьерам. Известен рассказ Влада Дорошевича о случае с Федором Шаляпиным, произошедшим в 1901 году перед выступлением великого русского баса в миланском театре Ла-Скала.

Памятник политикам-клакерам. Оказывается, есть и такие

После того как оперному певцу предложили свои услуги клакеры, он на следующий день отправил в крупнейшие политические газеты Милана письмо следующего содержания:

Ко мне в дом явился какой-то шеф клаки и предлагал купить аплодисменты. Я аплодисментов никогда не покупал, да это и не в наших нравах. Я привез публике свое художественное создание и хочу ее, только ее свободного приговора: хорошо это или дурно. Мне говорят, что клака — это обычай страны. Этому обычаю я подчиняться не желаю. На мой взгляд, это какой-то разбой.

Еще в первой половине XX столетия клакерство во всем мире было обычным явлением. Существовали даже специальные агентства, предлагающие услуги подсадных зрителей. Выступающему нужно лишь было оставить заявку и оплатить услугу — половина успеха представления была гарантирована.

Луи-Леопольд Буальи. Вход в театр перед началом бесплатного представления, 1819

В начале 20-х годов с ростом популярности радиоспектаклей, клакеры переместились в студии радиостанций. Смех на заднем плане создавал ощущение присутствия на реальном спектакле. Именно из таких радиоспектаклей родился такой востребованный сегодня жанр как ситком. «Комедии ситуаций» с радио перекочевали на телевидение и в начале своего существования на равных соперничали с «мыльными операми».

Но аудитория ситкомов была более обширной, чем у мелодрам — они собирали у экранов телевизоров не только домохозяек и старушек, но и мужчин, в том числе молодых. Закадровый смех, характерный для комедийных радиопостановок, стал фирменной «фишкой» ситкомов во всем мире.

Ситкомы снимали в студиях, примерно так же как сегодня снимают развлекательную передачу «Вечерний Ургант». Смеющиеся люди оставались за кадром, но при этом, смеясь там, где это было нужно по сценарию, задавали тон всему действу, происходящему на съемочной площадке.

Позже ситкомы начали снимать без зрителей, в киностудиях. Материал стал более качественным, так как появилась возможность делать дубли, озвучивать действие и даже накладывать спецэффекты. Но вскоре выяснилось, что телезритель воспринимает шоу в новом формате не так, как это хотелось их создателям, а несколько отстраненно.

Чтобы исправить положение на съемочные площадки начали снова приглашать зрителей, для звуковой поддержки. Но новые шоу были не чета старым — они снимались кропотливо и долго, поэтому присутствующие в павильоне уставали и начинали скучать и жаловаться.

Представьте ситуацию, когда вам нужно смеяться над 10 дублями одной и той же сцены, причем подряд. Что не делали режиссеры ситкомов, чтобы развлечь гостей. Иногда приглашали даже стендап комиков, чтобы те не давали клакерам скучать.

Машина Дугласа

Мучения и поиски длились до 1953 года, пока звукоинженер Чарли Дуглас не придумал так называемую «машину смеха». Умелец создал треки из разных образцов смеха и привязал каждую дорожку к кнопке устройства. Теперь он мог играть эмоциями как на фортепиано, создавая уникальные композиции из хохота, которые звучали очень убедительно.

Сначала аппаратом пользовались для корректировки неудачных записей, но затем он вошел в повседневный обиход. Современную версию этого устройства мы можем слышать в популярных ситкомах по сей день. Жутковатая шутка по поводу того, что в современных шоу звучит смех мертвецов соответствует реальности — большинство записей помнят еще первую машину смеха Дугласа.

В начале 90-х годов создателям ситкомов пришлось вернуть зрителей в залы — это сделали для того, чтобы удержать зрителя. Живой смех и реальные эмоции людей в зале, как ни крути, заменить суррогатом на 100 процентов не получится. При этом режиссеры начали немного хитрить, подбирая аудиторию в соответствии с тематикой шоу.

Типичная ситкомовская массовка

Для сериала «Женаты. С детьми», прародителя нашего «Счастливы вместе», приглашали военнослужащих, которые почему-то живее всех реагировали на коллизии. Популярный в нашей стране ситком «Друзья» также снимали с присутствием аудитории, в основном молодежной. Кстати, в этом телешоу есть несколько секретов, о которых мы как-то рассказывали.

У нас в стране живой смех в павильоне не прижился из-за больших дополнительных расходов, поэтому мы продолжаем слушать смех покойников из современного аналога машины, изобретенной полвека назад Дугласом. Нужно сказать, что в начале 2000-х, когда закадровый смех появился в отечественных шоу, зрители восприняли его по-шаляпински, можно сказать, в штыки. Вероятно, сказалась прямолинейность и отвращение к фальши нашего зрителя, взращенного на суровом и беспощадном советском реализме.