«Сюрреализм – это я!» - говорил Сальвадор Дали. И, в общем-то, сильно (и намеренно) преувеличивал. История испанской сюрреалистической живописи сохранила еще одно имя, не столь громкое – Маруха Мальо. «Наполовину ангел, наполовину морепродукт», «художник четырнадцати душ», колдунья-революционерка в мантии из водорослей, она проложила дорогу в мир профессиональной живописи множеству амбициозных испанок…

Ранняя живопись Марухи Мальо.

Ранняя живопись Марухи Мальо.




Маруха Мальо родилась в 1902 году в Галисии. Четвертая из четырнадцати детей, она обожала рисовать – и родители поддерживали в ней интерес к искусству. Семья часто переезжала с место на место, пока не осела в Мадриде – городе, которому суждено будет сыграть решающую роль в судьбе Марухи. В двадцатилетнем возрасте она поступила в Королевскую академию изобразительных искусств в Мадриде и оказалась в самой гуще богемной жизни Испании тех лет.

SECC. Работа Марухи Мальо.

SECC. Работа Марухи Мальо.



Однокурсником Марухи был Сальвадор Дали – они долго и тепло дружили несмотря на то, что этот эксцентричный гений мало верил в ее одаренность. Она была в приятельских отношениях и с Лоркой, и с Бунюэлем… Иллюстрировала поэтические сборники своих единомышленников, рисовала обложки книг, занималась сценографией и созданием костюмов для авангардных театральных постановок. Ортега-и-Гассет в 1928 году поспособствовал организации ее первой персональной выставки. Маруха тогда писала много портретов с некоторыми нотками ар деко, однако вскоре перешла к сложным композициям в духе магического реализма. В ее картинах появились деревенские жители, опаленные жарким солнцем, тореадоры и танцовщицы.

Вербена.

Вербена.



В 1932 году, получив стипендию от государства, Мальо отправилась в Париж, где активно работала, участвовала в выставках и сблизилась с французскими сюрреалистами. Не нужно напоминать, что сюрреалистические и дадаистские объединения были открыто женоненавистническими – но даже Андре Бретон, известный своими шовинистскими взглядами на роль женщин в искусстве, не удержался и приобрел несколько работ Мальо. Можно было бесконечно рассуждать о том, что место женщины – не за мольбертом, а на полотне, но любой человек, обладающий хоть каким-то творческим чутьем, понимал: Мальо гениальна. Мрачные образы, скелеты, монстры, пугала взирали на зрителя с ее картин, словно умоляя разгадать их тайны; одноглазые гиганты, великаны и призраки посещали традиционные испанские праздники и ярмарки, сливаясь с карнавальным шествием. Бретон, перешагнув через все свои предрассудки, постарался сдружиться с Марухой и познакомил ее со всеми своими парижскими друзьями.

Маруха Мальо (слева) со своей работой.

Маруха Мальо (слева) со своей работой.



Поездка в Париж сильно повлияла на живописную манеру Мальо, а ее известность значительно возросла. Ее называли «художником четырнадцати душ» и «папой сюрреалистов» (не матерью – очевидно, что всему «женскому» в маскулинном мире сюрреализма все еще не было места). Вернувшись в Мадрид, Мальо начала заниматься преподавательской деятельностью, преподавала на кафедре рисунка в Институте Аревало и в образовательных учреждениях Мадрида, ездила в родную Галисию с благотворительными педагогическими миссиями.

Фигуры.

Фигуры.



Французское правительство приобрело одну из ее работ для собрания Государственного музея современного искусства.
Когда в Испании началась Гражданская война, Марухе удалось бежать в Португалию, а оттуда перебраться в Аргентину – ее подруга Габриэла Мистраль в то время занимала пост посла Чили в Португалии и сумела оказать посильную помощь. Работы художницы, оставшиеся на родине, значительно пострадали, керамические скульптуры были уничтожены.

Гроздь винограда. Живая природа.

Гроздь винограда. Живая природа.

Живая природа. Работы из серии.

Живая природа. Работы из серии.



В этот период Мальо читала лекции на тему испанского искусства по всей стране, познакомилась и моментально подружилась (кто бы сомневался) с культовым постмодернистским писателем Хорхе Луисом Борхесом. Кроме того, она исследовала декоративно-прикладное искусство и мифологию коренных жителей Латинской Америки, писала этюды пляжей и морские виды, создавала монументальные фрески (например, в кинотеатре Буэнос-Айроса). Впрочем, ее странствие только началось - несколько лет художница прожила на острове Пасхи в Нью-Йорке. Вернулась к портретной живописи – эти работы считаются предшественниками американского поп-арта (и с Уорхолом, меж тем, она была знакома).

Женские портреты.

Женские портреты.



На родину художница вернулась в 1965 году, после двадцати пяти лет изгнания. Там о ней уже не помнили. Многие, с кем она была близка в юности, уехали. Многие уже были мертвы. К тому же отъезд Мальо в Аргентину ее былые коллеги восприняли как предательство. Художник должен сражаться за свою родину с оружием в руках, а не спасаться бегством! Не все критики Мальо последовали этому призыву сами (потому-то у них и осталась возможность ее критиковать – они были живы), но ее имя последовательно и упорно «стирали» из истории испанского искусства. О ней упоминали разве что как о чьей-нибудь давней любовнице, «музе поколения 27 года» или той странной дамочке, которая когда-то позировала в мантии из водорослей (за которую Дали и называл ее «наполовину ангелом, наполовину морепродуктом»). В жизнь новой, послевоенной Испании Мальо с ее эксцентричной манерой поведения и странными нарядами – чего только стоила ее фирменная цветная шуба! – вписывалась мало.

Живая природа. Пантеон.

Живая природа. Пантеон.



Но все это не имело никакого значения: она была дома, она была еще полна сил и замыслов, она продолжала работать… Тогда в ее творчестве начался последний и самый драматичный период, называемый - « Los moradores del vacío», или «Жители пустоты». И постепенно к ней вернулась известность, пришло признание. В смешной старушке вдруг разглядели классика испанской живописи. Посыпались, как из рога изобилия, премии, выставки сменяли одна другую…

Водоросли.

Водоросли.



Маруха Мальо скончалась в возрасте девяноста двух лет – в своем любимом городе, в Мадриде... Туда она возвращалась из каждого своего путешествия, туда стремилась в годы изгнания, чтобы остаться навсегда. В ее честь было названо несколько улиц в разных городах Испании. В 2009 году в испанском городе Виверо было инициировано строительство музея, посвященного творчеству Марухи Мальо и ее брата, скульптора Кристино Мальо.

Текст: Софья Егорова.
Источник