История художественной коллекции Эрмитажа начинается в 1764 году, когда в Петербург в уплату долга русской казне прибыло собрание картин, составленное берлинским негоциантом Й. Гоцковским для прусского короля Фридриха Великого. Король не смог приобрести картины из-за финансовых трудностей после окончания войны (Семилетней). Именно эти работы, главным образом голландских и фламандских мастеров, стали основой картинной галереи Екатерины Великой. Впоследствии императрица покупала одно собрание за другим, нередко принадлежавших к числу лучших в Европе. Так, в 1769 году у наследников канцлера Саксонии Генриха фон Брюля была куплена коллекция картин в 600 полотен; в 1772 году, уже у наследников парижского банкира Пьера КрозА была выкуплена его коллекция (около 400 полотен); в 1779 году у наследника британского премьера Роберта Уолпола купили 198 картин (в википедии – 204 картины). Резюме, в Эрмитаже были блестяще представлены не только особенно любимые коллекционерами XVIII века фламандская и голландская школы живописи (работы Рубенса, Ван Дейка, Рембрандта, etc), но и работы итальянских и французских живописцев. В 1785 году Екатерина Алексеевна приобрела у директора Британского банка Д. Лайд Брауна большую коллекцию скульптуры, значительную часть которой составили антики. Древние статуи не задержались в Эрмитаже: многие из них были переправлены в царские резиденции.

Портрет работы Шибанова Михаила Ивановича, написанный им в Киеве в 1787 году.

Гоцковский Иоганн Эрнст.

Генрих фон Брюль.

Галерея Пьера КрозА. Акварель работы Николя Луи ван Бларенберга.

Коллекции Екатерины Алексеевны были не только богаты, но и исключительно разнообразны. Постепенно складывалось огромное собрание графики, а в 1760-е годы – нумизматические, минералогические, ювелирные коллекции. Унаследовав так называемые драгоценности императриц, Екатерина Алексеевна добавила к ним множество табакерок: императрица слыла большой любительницей нюхательного табака.

Несмотря на крупные закупки антиков, главным увлечением императрицы оставались резные камни. Благодаря “камейной болезни” Екатерины Алексеевны в Эрмитаже оказалось десять тысяч миниатюр, ставших основой крупнейшей в мире коллекции античных резных камней (в настоящее время - около двадцати тысяч камей).

Страстная любительница резных камей, Екатерина Вторая покупала многие коллекции гемм; в 1787 году она, через своего агента барона Мельхиора Гримма, прикупила (за 46 000 рублей, т. е., очень приблизительно, за 69800000 рубл. путинских) одну из лучших коллекций в мире, принадлежавшую сыну герцога Луи-Филиппа Орлеанского, Филиппу Эгалите. (Герцог Луи-Филипп в 1741 году приобрёл знаменитый Кабинет резных камней Пьера КрозА. В историю французского собирательства, мусью КрозА вошёл как создатель целого ряда замечательных коллекций: древностей, картин, рисунков, предметов прикладного искусства, гемм ... После его смерти судьба каждой из них сложилась по-разному). В коллекции русской императрицы имелись не только работы античных резчиков, но и геммы, созданные уже в Новое время. По заказам её величества работали крупнейшие камнерезы того времени, в том числе братья Браун, почти 50% их работ имеются в Эрмитаже. В письме к французскому просветителю Гримму императрица пишет: “Моя маленькая коллекция резных камней такова, что вчера четыре человека с трудом несли две корзины с ящичками, в которых заключалась едва половина собрания; во избежание недоразумения, знайте, что это были те корзины, в которых у нас зимой носят дрова”. Доступ к коллекции гемм, считался особой милостью. “Её видели не более пяти или шести человек”, - сообщает Екатерина Алексеевна своему корреспонденту Гримму). 

Гемма (gemma – “глазок”, почка на виноградной лозе. Камея - барельефное (выпуклое) изображение; с углублёнными изображениями – инталья

Камеи, т. е. геммы с выпуклым изображением, появились в конце IV века до н. эры, а родиной их считается Александрия. Вскоре их начали резать из аметиста и топазов, граната и аквамарина, гиацинта, сапфира и изумруда… Редкость камней, многолетний труд и высокую стоимость камеи мог позволить себе только богатый человек. Высшим шиком среди аристократов того времени стало иметь собственную дактилиотеку – коллекцию резных камней. Небольшую коллекцию гемм для Кунсткамеры приобрёл в Голландии ещё Пётр Первый. Но Екатерина Вторая пошла дальше и создала в Петербурге гигантский кабинет “антиков”, как в то время называли резные камни.

Жемчужиной собрания глиптики (искусств резьбы по полудрагоценному цветному камню) признана “Камея Гонзага”, находившаяся, с 1542 года среди сокровищ Изабеллы д”Эсте, супруги правителя Мантуи герцога Гонзага. В 1630 году, после осады имперцами Мантуи, уникальная камея перешла к императорам Священной Римской империи германской нации, и хранилась в их сокровищнице в Пражском граде. В 1648 году, в ходе Тридцатилетней войны, шведская армия захватила Прагу, и камея в качестве трофея украсила коллекцию шведской королевы Кристины. Фрекен Кристина была дочерью знаменитого шведского полководца – Густава-Адольфа Второго. Кристина покровительствовал наукам и искусству. В 1654 году Кристина отреклась от короны. Приняла католицизм и уехала в Италию. В 1689 году королева умерла, и камея перешла к кардиналу Аццолино. В 1794 году понтифик Пий Шестой купил камею и помесил её в библиотеку Ватикана. В 1798 году французская армия оккупировала Рим; римские инсургенты убили генерала ДюфО, генерал Бертьё повелел отдать город на разграбление. Солдаты революционной Франции ворвались в библиотеку папы римского… только то, что наша камея была сделана из сверкающего минерала спасло её – её у солдат выкупил контролёр МешЕн, сопровождающий направленный к Неаполю корпус. В 1799 году великий русский воитель, Александр Васильевич Суворов, побил Бертьё, и камея уехала в Париж вместе с отступающей армией Франции. Месьё Мешен подраил нашу камею мадам Жозефине, супруге генерала Буонапарте. С тех пор она числилась среди сокровищ первой супруги Напольёна – Жозефины Богарне, которая в 1814 году подарила её русскому императору Александру Павловичу в знак благодарности за лояльность к ней, за сохранение положения и доходов. Осенью 1814 года государь император передал “Камею Гонзаго” в Эрмитаж, и Г. Келер, директор “Кабинета антиков”, извещал публику о сем событии.

Высота вышеозначенной камеи – 15, 7 см, а высота же – 11, 8 см, а высота рельефа – 3 см.

Камея сия была сделана в Александрии, где возникло искусство каменной миниатюры. Воспроизведённые на ней портреты передают черты правителей эллинистического Египта Птолемея Второго Филадельфа и его сёстры Арсинои. По древнеегипетскому обычаю цари (фараоны) женились на своих сёстрах. Создавая идеализированные и торжественные образы, резчик изобразил на уборе царя звезду, крылатого дракона и лавровый венок в качестве символа принадлежности к богам. Атрибут Зевса – эгида с головами Медузы и гения ужоса – Фобоса наброшен поверх панцыря. Порывистость царя, уподобленного Александру Македонскому, контрастирует с холодным спокойствием Арсинои, изображённой в накидке “священного брака”. Атрибутика и особая одежда уравнивают пару с божественными супругами - Зевсом и Герой, Осирисом и Исидой.

Разные люди в разные эпохи в персонажах камеи видели разных лиц. Например, итальянские нобили эпохи Ренессанса считали, что перед ними император Гай Юлий Цезарь Октавиан Август с супругою. Наиболее вероятными персонажами камеи считались повелитель мира дерзкой Александр Македонский с матушкой, Олимпиадой.

В лицах Птолемея и его супруги нет портретного сходства, это образы условные и идеальные. Брак между Птоломеем и Арсиноей был окружен ореолом святости: царь был обожествлён ещё при жизни, Арсиноя – вскоре после своёй смерти. Культ их и привел к появлению камеи – парного портрета с профильным изображёнием, когда одно лицо выступает из-за другого и контуры силуэтов почти созвучны. 

Обыгрывая контрасты и тончайшие переходы цвета, мастер-резчик сумел создать своеобразную живопись на камне. Не случайно Рубенс назвал камею Гонзагапрекраснейшей в Европе геммой”. В изделии удивляет тончайшая гравировка и прекрасное использование колористических возможностей трёхслойного арабского сардоникса с его богатством коричневых и белых оттенков. Столь же разнообразны градации рельефа, достигающего иногда трёх сантиметров в высоту.

Некоторые относят нашу камею к числу тех шедевров. До которых нас так и не смогло возвыситься совремённое искусство.

Малый Эрмитаж.

Искусство резьбы камней, в средневековье находившееся на достаточно скромном уровне, получило значительное развитие в эпоху Возрождения. Мастеров по резьбе камей нанимали такие известные итальянские правители, как Лодовико Моро, Лоренцо Медичи, который, в частности, заказал изделие, получившее название Камея Ноя.

Инталья.

Камея. Александрия 27 г. до н. эры.

Портретные медальоны были популярны в XVI веке. Их носили на шее, на цепочке или ленте. Очень часто это были камеи в оправах с драгоценными камнями.

Камеи использовались и в различных ювелирных украшениях – от брошей и подвесок до перстней и печаток. Их вырезали и вставляли в оправы не только из драгоценных, но и из других твёрдых материалов, таких как горный хрусталь, кораллы и гагаты (разновидность каменного угля, осадочная порода, легко поддающийся обработке и полировке поделочный камень).

Во Франции применялась техника cameo habille: изображение головы вырезалось в камне и украшалось ожерельем, обручем или серьгами из мелких драгоценных камней. Это было особенно модно в XIX веке.