Наталья Аничкова

(16 июня 1896 – 25 января 1975)

 

 Наталья Аничкова  

                                                                                                                                             1957 г.

                                                                                          Фотография из архива Н. Г. Левицкой

   

Наталья Милиевна Аничкова – филолог по образованию; работала в издательствах, библиотеках, участвовала в фольклорных экспедициях. В 1949 году арестована и осуждена по ст. 58 (контрреволюционная агитация). Отбывала срок по 1955 год в Унжлаге. При жизни стихов не публиковала.

 

 

ПУШИНКА

    Воспоминание

 

Упоена полдневным зноем,

Пушинка в воздухе плывёт

Вдоль берега, над водопоем,

Всё выше под небесный свод.

 

Она была чертополоха

Частицей нежной и живой,

Но с налетевшим ветра вздохом

Умчалась к дали голубой.

 

Звенят шмели, струятся дали,

Пушинка больше не видна.

В реке коровы задремали.

Жара. Истома. Тишина.

 

1953

 

 

ГОНОЛУЛУ

(Экваториальный пейзаж)

 

На Гонолулу вечная весна,

Цветут лимоны, зреют ананасы,

И нежно плещется волна

О берега песчаного атласа.

 

На горизонте Тихий океан

Оберегает сон лазурного залива,

Чтоб весело росли и кактус, и банан,

И серебристо-смуглая олива.

 

Малайка с медно-бронзовым лицом

Бежит стремглав в бамбуковую рощу,

Где ждет её, блестя в носу кольцом,

Любовник-негр – смешной и тощий.

 

Как на палитре – ярко и свежо –

Лежат на рынке фрукты, зелень, рыба.

Метис-мальчишка пляшет под банджо,

А голый нищий спит, как каменная глыба.

 

У финиковой пальмы опахало

Глядится в синеву глубоких вод:

Там крючья рифа алого коралла,

Там рыба-дьявол жертву ждёт.

 

А ночью в бархат неба вколоты

Сапфиры необъятных звёзд,

И по воде струится золото,

Напоминая лисий хвост.

 

Всё это иногда мне снится,

Когда в февральскую метель

Ворвётся перелетной птицей

Весны хрустальная капель.

 

Февраль 1953,

Унжлаг

 

 

*  *  *

                Ал. Аким. Беспалову

 

Не сидеть мне больше на опушке

В скалах над водой,

Не спускаться к ласковой избушке

По тропе крутой.

 

С другом-лайкой не бродить вдоль просек

В лиственной пурге,

Без меня развешивает осень

Флаги по тайге.

 

Не сбивать кедровых спелых шишек,

Не палить костёр.

Был любви и радости излишек,

А остался сор...

 

Жёлтый пух от лиственниц метётся,

Запах пихты прян,

Неужели в памяти сотрётся

Тот лесной дурман?

 

Опрокинуты и лес, и скалы

В ясной глубине, –

В мире нет прозрачней вод Байкала.

Разве что во сне?

 

Синевою неба осиянный,

Но суров и дик,

На вершине у Хамар-Дабана

Снежный воротник.

 

Красных лилий стройные бокалы

Видят этот снег...

В смертный час просторами Байкала

Улечу навек.

 

18.10.1953

 

 

*  *  *

 

Осталось совсем немного,

Каких-нибудь десять дней,

И откроется путь-дорога

В мятежную жизнь людей.

 

В последний раз моё имя

Проверит дежурный надзор –

Им всем невесомо бремя

Охранять проклятый забор.

 

Неверным, отвыкнувшим шагом

Побреду. Где теперь мой дом?

Алеет закат за оврагом.

Он как символ. К нему и пойдём...

 

1955,

Чибирь

Источник

http://studia-vasin.ru/